Кусково -- уникальная усадьба, единственная в своем роде. Уникальность ее состоит в том, что Кусково -- пример самой ранней дошедшей до нас богатой усадьбы знатного вельможи, и в том, что Кусковом владела одна и та же семья без перерывов с XVI в. и до октябрьского переворота 1917г. Это последнее обстоятельство необычно для России, где недвижимое имущество очень часто переходило из рук в руки. И последнее, чем Кусково так уникально -- это своей сохранностью. Усадьба, в особенности, ее центральное ядро, дошла до нас без значительных изменений со времени ее формирования (хотя и надо сказать, что в XVIII в. Кусково было существенно богаче, чем ныне; так, например, исчез пейзажный парк со многими павильонами). Это была даже не усадьба в полном смысле этого слова -- ее предназначали только для приемов и увеселений, так и называясь -- «летний увеселительный дом графа Петра Борисовича Шереметева».


Кусково -- целиком произведение рук человеческих, и природа не помогла тут ничем, она, наоборот, препятствовала созданию этого шедевра. Среди ровной, плоской и унылой местности, покрытой редким лесом, да еще заболоченным, как по волшебству возникло чудное видение: широкий пруд, канал, дворец, искусно распланированный сад, не менее искусно устроенный пейзажный парк, множество затейливых павильонов... Тысячи крепостных рабов были согнаны из окрестных деревень на тяжелые земляные и строительные работы, а в проектировании принимали участие талантливые архитекторы и садовники.
Впервые Кусково упоминается в конце XVI в.: «За боярином Иваном Васильевичем Шереметевым...». Известно из писцовых книг 1623/1624 г., что в шереметевской «старинной» вотчине уже стояла деревянная церковь с двумя приделами -- Николы чудотворца и св. Фрола и Лавра, а в селе писцы отметили «двор боярина, да двор животинный, живут деловые люди» (так назывались лично свободные слуги. -- Авт.). После И. В. Шереметева Кусковом владел его сын Федор, перешедший на сторону самозванца Лжедимитрия I, за что и был пожалован им в бояре, впоследствии же он в составе «семибоярщины» (органа управления государством семи бояр -- Ф. И. Шереметева, И. Н. Романова, А. В. Трубецкого, Ф. И. Мстиславского, И. М. Воротынского, Б. М. Лыкова, А.В. Голицына) стоял за приглашение польского королевича Владислава на русский престол.
Когда решался вопрос о престолонаследии, то, как говорят, именно он, Федор Шереметев, сказал: «...выберем-де Мишу Романова, он молод и глуп еще», каковая характеристика, возможно, и предопределила выбор новой династии.
От Федора Ивановича Шереметева Кусково переходило в продолжение почти ста лет от одного представителя этого рода к другому, пока Владимир Петрович Шереметев в 1715 г. не продал его за 200 рублей брату, известному сподвижнику Петра Великого Борису Петровичу Шереметеву, наследники которого преобразили Кусково. Он прославился многими победами, но особенно в Северной войне, во время которой после одного из сражений получил чин фельдмаршала (третий в России), а после усмирения восстания в Астрахани он был пожалован первым российским графом. Под Полтавой Шереметев командовал центром русской армии и во многом способствовал победе над Карлом XII. Шереметев обладал большим родовым богатством, во время войны в Лифляндии он, по выражению царя Петра, «славно похозяйничал», да за службу ему отдали многие имения с крестьянами (так, например, после Полтавской битвы, Шереметев стал владельцем Юхотской волости с 12 тысячами крестьян), но всю свою жизнь он провел в походах, сражениях, дипломатических переговорах и вряд ли бывал во многих из них, в том числе и в Кускове.
Фельдмаршал скончался через четыре года после покупки Кускова и расцвет усадьбы связан прежде всего с его сыном Петром Борисовичем. Он не прославился на поле брани или на гражданской службе, хотя и достиг степеней известных: при Елизавете Петровне получил чин генерал-аншефа, а Петр III сделал его обер-камергером, почему и единственный плод его служебной деятельности был озаглавлен: «Устав о должностях и преимуществах обер-камергера».
В 1743 г. П. Б. Шереметев женился на единственной наследнице канцлера А. М. Черкасского. Отец хотел выдать ее за дипломата и поэта Антиоха Кантемира, сына молдавского господаря. Почему не состоялся этот брак, неизвестно, есть предположение, что Антиох не хотел связать свою жизнь с баснословно богатой, избалованной и не очень строгой светской красавицей. Возможно, что именно ее описывает седьмая сатира Кантемира, написанная в 1739 г.:

Сильвия круглую грудь редко покрывает,
Смешком сладким всякому льстит,
очком мигает,
Белится, румянится, мушек с двадцать носит.
Сильвия легко дает, что кто не просит,
Бояся досадного в отказе ответа? --
Такова и матушка была в ея лета.

Тридцатилетняя Варвара Черкасская, обладательница 80 тысяч крепостных и несметных богатств, вышла замуж за Петра Борисовича Шереметева (младше ее на два года), и таким образом он стал владельцем самого большого состояния в России.
Богач П. Б. Шереметев как расчетливый хозяин, внимательно следил за многочисленными имениями, входил даже в мелкие подробности ведения хозяйства -- даже заметил как-то, что в привезенной партии рыбы «трех форелей не явилось». Однако, при необходимости, входил и в огромные расходы, по-царски принимая Екатерину II. Вот впечатления одного из гостей тогда: «...мне случилось видеть великолепный праздник, который дан был императрице графом Петром Борисовичем Шереметевым в селе его Кускове. Что более всего меня удивило, это плато, которое поставлено было перед императрицею за ужином. Оно представляло на возвышении рог изобилия, все из чистого золота, и на возвышении том был вензель императрицы из довольно крупных бриллиантов».
Почти все, что есть в Кускове, обязано своим появлением Петру Борисовичу Шереметеву, да и сама мысль выстроить именно здесь роскошную подмосковную усадьбу, возможно, возникла потому, что Шереметев хотел иметь ее неподалеку от подмосковного дворца императрицы Елизаветы Петровны в селе Перове. К планировке и устройству кусковской усадьбы непосредственное отношение имел Юрий Иванович Кологривов, друг и советник П. Б. Шереметева, человек с интересной и во многом еще неисследованной биографией. Его хорошо знал Петр Великий, по поручению которого Кологривов приобретал за границей многие произведения искусства, и, в частности, знаменитую Венеру Таврическую. Примерно с 1740-х гг. Кологривов живет здесь у Шереметева. В его распоряжениях встречаются указания: «сделать так, как скажет Юрий Иванович». Это был европейски образованный человек, необычайно энергичный, которому, возможно, принадлежат проекты многих ранних (он умер в Кускове в 1755 г.) здешних сооружений -- в частности, Итальянского и Голландского домиков, Воздушного театра и некоторых павильонов.
В 1750--1754 гг. старые хоромы перестроили, но впоследствии -- в 1774 г. вместо них был выстроен новый дворец: на высоком каменном этаже, с подсобными помещениями, поставлен высокий деревянный этаж с анфиладой парадных комнат, включая и большой парадный зал. Центр дворца выделен далеко выступающим портиком, к которому ведут пологие пандусы. В поле фронтона -- тимпане -- виден герб рода Шереметевых с девизом: «Deus conservat omnia» (Бог хранит все). Интересно отметить, что герб Шереметевых подобен гербу, изображенному на данцигских монетах XV и XVI вв., а по родословной легенде они и произошли от некоего Камбилы из тех мест.
Есть сведения, что автором проекта дворца был французский архитектор Шарль де Вальи, но непосредственно строительством руководили либо крепостные либо наемные русские архитекторы, и в частности, Ф. С. Аргунов и К. И. Бланк, хотя ничего делалось в Кускове без консультации с Петром Борисовичем, которому и принадлежало решающее слово.
Рядом с дворцом, или, как его называли в XVIII в. Большим домом, с его правой стороны стоит самое старое здание в Кускове, выстроенное в 1737--1739 гг. -- церковь во имя Происхождения честных древ животворящего креста Господня. Такое сложное и несколько странное название носит православный праздник, перешедший к нам из Византии, когда частицу креста проносили по городу для предохранения от болезней (происхождение -- это неправильный перевод слова вынос, прохождение). Этот праздник народ называет «первым Спасом» или «Спасом медовым». В Кусково церковь необычная, обильно украшенная столь непривычными в православном зодчестве скульптурами -- когда-то даже ее купол завершался статуей. Колокольня более поздняя -- конца XVIII в. В 1991 г. в храме возобновились богослужения. Несколько позади его стоит одноэтажный флигель (1757 г.), где подальше от графских апартаментов готовилась пища и по галерее доставлялась в главный дом.
Особенно значителен кусковский парк -- типичный регулярный «французский» парк, ограниченный каналом с водой и валом перед ним (на насыпку вала пошла земля из-под пруда), где прямые дорожки образуют правильный геометрический узор, который делит его на несколько частей. В каждой из них скрещивание дорожек образует центр, отмеченный либо статуей, либо садовым павильоном (так, например, «Эрмитаж» замыкает перспективы восьми аллей парка). На главной оси парка -- от главного дома к оранжерее -- стоят обелиск 1787г. и колонна со статуей богини мудрости, покровительницы искусств, наук и ремесел Минервы, поставленная в 1776г. В парке находится много скульптур, среди которых «Скамандр», «Аполлон», «Африка» и др.
Летом на аллеи парка выставлялись южные деревья, подстриженные в виде разных фигур: «застрижены мужиками 2, бахусами 2, сидячими собаками 2, лежачими собаками 2, гусми 2, курицами 2...» -- это строки из «Реестра имеющимся в селе Кускове деревьев» 1761 г.
Главная аллея подводит к Большой каменной оранжерее, выстроенной в 1761--1763 гг. Она предназначалась не только для выращивания экзотических растений, но и для концертов -- центральный объем, выделенный куполом, и был концертным залом. В оранжерее находились редчайшие лавровые деревья, которым было по 300 лет. Они исчезли уже в конце XIX в. от небрежения. Справа от главной аллеи стоит «Вольер» для птиц (сравнительно недавняя реконструкция), еще далее -- место, где находился Воздушный, т. е. открытый театр, а уже ближе к главному дому -- Итальянский домик, где, возможно, находился небольшой музей, Менажерия -- пять изящных домиков, где содержались птицы, и рядом с небольшим прудом -- Грот, садовый павильон, выстроенный к 1771 г., украшенный фигурами рыб, средиземноморскими раковинами и камнями (образцом для него послужил растреллиевский грот в Царском селе).
Слева от главной аллеи находится один из самых замечательных кусковских барочных памятников -- Эрмитаж 1765--1767 гг., предназначенный для дружеских встреч. Внизу на 16 персон сервировался стол, который поднимался на второй этаж специальной подъемной машиной, так что можно было обходиться без слуг, а гости поднимались туда же на небольшом диванчике. Центральный зал окружен четырьмя маленькими залами-«кабинетиками».
Ближе ко входу в усадьбу, как бы на отдельном участке, воспроизведен уголок Голландии -- краснокирпичный домик 1749г. с крутыми крышами, ступенчатым фронтоном, частыми переплетами окон и прудом перед ним. В небольшом садике рядом выращивались растения, любимые в Голландии. И внутренность дома также были стилизована -- отделана цветными изразцами, украшена картинами, специально приобретенными в Голландии.
Недалеко от главного дома находится самое позднее сооружение в усадьбе -- живописный деревянный Швейцарский домик или «шале», выстроенный в 1860 г.
Важнейшей частью кусковского ансамбля является огромный пруд с островом и каналом, при входе в который на высоких колоннах горели факелы. На пруду разыгрывались сражения, горели фейерверки, плавали парусные суда, в том числе и шестипушечная яхта на парусах -- среди шереметевской дворни были и специальные гребцы.
Влево от канала на 40 десятинах, окружностью более трех верст, располагался зверинец, где содержались 12 волков, 120 американских и 20 немецких оленей и зайцев «сколько будет». У зверинца стоял охотничий дом в готическом стиле: «в середине башня, а по сторонам комнаты для жилья охотникам, а внутри отделы и особые дворы для содержания собак». От пруда к церкви в селе Вишняково (Вешняки) шел канал, продолжающийся аллеей из деревьев, высаженных в два ряда.
К северу от регулярного находился пейзажный парк, так называемый «английский», устроенный в конце 1780-х гг., который в противоположность «французскому» должен иметь вид вполне естественного, хотя и к его созданию был приложен немалый труд: на определенных местах высаживались подобранные по цвету и форме деревья, прорубались аллеи с целью открыть наилучший вид и т. д. В этом парке также было много самых разных затей -- тут и «Философский дом», обложенный березовой корой и ветками, и беседка с надписью «Найтить здесь спокойство», и «Храм тишины», и «Сенной стог», обшитый тесом, обложенный сеном и покрытый тростником, и «Львиная пещера» с фигурой льва и надписью «Не свирепствует, но непреодолим» (по описи 1812г. значилось: «пещера развалилась, а лев весь Разбит»), и «Шомьер» (по-французски хижина. -- Авт.), обитая березовой корой, и беседка «Хорошим людям пристанище», и «Турецкая киоска». Там же находился и одноэтажный летний «дом уединения», в котором скончался П. Б. Шереметев 30 сентября 1788 г.
Усадьба была открыта для посещения и при въезде выставили правила для посетителей. Сам хозяин настаивал на том, чтобы «гулялыциков в сад пускать в положенные от меня дни, при том наблюдать, чтоб гуляли смирно и в саду ничего не ломали и не рвали, безчинств, ссор и драк не заводили...».
В 1803 г. о Кускове писал поэт А. Ф. Воейков:

Село Кусково, где боярин жил большой,
Любивший русское старинно хлебосольство,
Народны праздники и, по трудам, спокойство.

Кусковские гулянья были очень популярны в Москве: иногда в один день усадьбу посещали до 25 тысяч человек. Карамзин свидетельствовал: «Бывало, всякое Воскресение, от Мая до Августа, дорога Кусковская представляла улицу многолюдного города, и карета обскакивала карету. В Садах гремела музыка, в аллеях теснидись люди, и Венецианская гондола с разноцветными флагами разъезжала по тихим водам большого озера (так можно назвать обширный Кусковский пруд). Спектакль для благородных, разные забавы для народа и потешные огни для всех составляли еженедельный праздник Москвы».

Дворец роскошного Вельможи,
Москвы любимой вертоград,
Где жизни день бывал дороже
Среди безчисленных отрад,
Чем год в иной стране прекрасной!
Восторги новые всечасно
Менялись там, как облака;
Кусково было всем запасно, --
Проси хоть птичья молока;
Куда пять пальцев ни протянешь,
Везде приятности достанешь,

-- писал известный поэт И. М. Долгоруков.

Но так продолжалось только до начала XIX в. Наследник П. Б. Шереметева Николай Петрович более всего интересуется театральным Останкином, куда вывозится множество различных предметов, и Кусково постепенно хиреет, а после его смерти в 1809 г. оно попадает под управление опекунов, которые не очень-то заботились о нем. В 1812г. в Кускове стоит корпус французского маршала Нея и многое в усадьбе портится и разрушается (по описи пропало вещей на 632 тысячи рублей). Современник, посетивший Кусково в 1822г., отметил «потускнелый вид всех предметов: облетающая позолота, почернелые потолки, украшенные гербами и звездами, полинялыя гобелены и штофы».

Театр волшебный подломился,
Хохлы в нем опер не дают,
Парашин голос прекратился,
Князья в ладоши ей не бьют, --
Умолкли нежной груди звуки,
И Крез меньшой скончался в скуке. --
О, время, лютый враг всего,
Щадить не любит ничего,

-- как отметил И. М. Долгоруков.

Только внук П. Б. Шереметева Дмитрий Николаевич приводит Кусково в порядок. Единственный сын брака по любви Николая Шереметева и Параши Ковалевой, с шести лет полный сирота, он впоследствии стал военным, участвовал в подавлении бунта декабристов, воевал в польской кампании 1831 г., но вскоре вышел в отставку и посвятил себя благотворительности, много занимаясь Странноприимным домом. Он умер в 1871 г. в Кускове, скоропостижно, присев на диван в кабинет-конторке дворца. Его наследником стал сын Сергей, родившийся в 1844 г. и не увидевший, того, что сделали с его Россией коммунисты -- скончался в 1918г. Сергей Дмитриевич Шереметев, автор многочисленных исторических и генеалогических работ, был председателем Археографической комиссии и многолетним попечителем Странноприимного дома.
Во второй половине XIX в. Кусково также привлекало немало москвичей. Газета «Русские ведомости» 8 июня 1874г. сообщала, что «в день Сошествия св.Духа, в селе Кускове, имении графа Шереметева открылись гулянья. Желающих побывать в Кускове явилось очень много, говорят, тысяч до 11-ти». «Нечего и говорить, -- продолжает корреспондент, -- что на станции Московско-Нижегородской железной дороги давка была страшная; излишним было бы также прибавлять, что ею ловко пользовались промысловые люди, что многие из пассажиров явились домой кто без часов, кто без бумажника, и иные дамы даже без бурнусов» (так называлась накидка на женскую верхнюю одежду.-- Авт.).
В 1932 г. в Кусково переводится музей фарфора, созданный на основе частных коллекций Л. К. Зубалова и А. В. Морозова, и значительно расширенный впоследствии -- ныне это единственный в России музей художественного стекла, фаянса и фарфора, насчитывающий около 30 тысяч предметов. В их числе уникальные фарфоровые сервизы, прекрасное венецианское стекло и многое другое. Интересно, что в музее хранится, но, к сожалению, не выставляется великолепная керамическая работа Вильяма Валькота, известного архитектора рубежа XIX и XX вв., автора московского «Метрополя» и многих построек в стиле модерн. По мнению специалистов, в своих керамических работах он превзошел Михаила Врубеля.

Категории

  • Из книг
  • С сайтов
  • Из других источников

Архивы по месяцам

Страницы

OpenID принимается здесь Узнать больше об OpenID

Последние комментарии